Бог-олень

"Бог-олень"
Ок. I в. до н. э.
В одной руке божество держит змею, на шее у него торквес, ожерелье воина. Это изображение украшает знаменитый котел из Гундеструпа, культовый сосуд из позолоченного серебра.

Копенгаген, Национальный музей.

Воспроизведено по изд.: Религии мира: Иллюстрированная энциклопедия. - Минск: Белфакс, 2003.
© "Белфаксиздатгрупп", 2003.

География

В конце VI века до н. э. кельты уже были знакомы греческим историкам и этнографам. Гекатей Милетский, писавший примерно в это время, говорит, что Нарбонн является городом кельтов, и упоминает, что Марсель находится рядом с кельтскими землями. Геродот (V век) дважды упоминает кельтов (первое появление названия Keltoí, но при этом сообщает лишь то, что истоки Дуная — видимо, он считал, что они находятся на Пиренеях,— населены кельтами и что кельты живут за Геркулесовыми столбами и являются самым западным народом Европы за исключением цинезийцев. И все же существует более древний письменный источник, нежели произведения Гекатея и Геродота, хотя он и сохранился в более поздней передаче. Ora Maritima Авиена (III век н. э.) содержит описание средиземноморского побережья от Кадиса до Марселя, составленное в начале VI века, и в ней также говорится, что кельты населяют Галлию и юго-западную Испанию.

Заглянув еще дальше, мы увидим, что первоначальной родиной кельтов были земли к востоку от Рейна, территории современных Баварии и Чехии, а также земли к западу от них до самого Рейна. Подтверждением такой точки зрения может служить сопоставление топонимики с археологией. В бронзовом веке, приблизительно в конце XIV века до н. э., в Центральной Европе появляется культура, признаками которой являются характерные погребальные обычаи и оружие, орнаменты, инструменты и керамика, неизвестные там до тех пор и обнаруживаемые в одних и тех же местах. Захоронения устраиваются в искусственно насыпаемых холмах — курганах (tumuli), и некоторые археологи соотносят эту культуру с появлением кельтов. Вслед за курганной культурой возникает новый вид захоронений, при котором труп кремировался, пепел помещался в урну, а урны выставлялись на кладбищах, известных под названием “поля погребальных урн”.

В конце периода “полей погребальных урн” мы находим железные инструменты и оружие, так что можно говорить уже о железном веке. Ранний его период обычно называется ранним железным веком или гальштаттской культурой (около 800-450 гг. до н. э.). Гальштатт — местность в Австрии, где было обнаружено множество подобных предметов. Поздний железный век обычно называют Ла Тен, по местности в Швейцарии, и этот период начинается приблизительно с 450 г. до н. э. и заканчивается на континенте одновременно с походами Цезаря.

Многие археологи связывают появление кельтов с возникновением полей погребальных урн на юге Центральной Европы, поскольку, по всей видимости, со времени их появления в конце бронзового века, через гальштаттский период и до Ла Тена существовал определенный культурный континуум. Однако, по нашему мнению, кельтский диалект выделился из индоевропейской общности гораздо раньше и эпитет “кельтский” лучше прилагать к каким-либо остаткам материальной культуры, которые можно было бы датировать началом второго тысячелетия до н. э.1

По всему этому ареалу, в Австрии, Богемии, Южной и Западной Германии и во Франции, обнаруживаются названия мест, в состав которых входят такие элементы, как briga — “холм”; dunum — “крепость”; magus — “равнина”; nemeton — “священное место”; ritum — “брод”; seno — “старый”; uindo — “белый”. И все эти слова известны как ирландские brí — “холм” (валлийское bre — далее валл.); dún — “замок” (dinas); mag — “равнина” (ma); nemed — “священное место”; валл. rhyd — “брод”; sen — “старый” (валл. hen); find — “белый” (валл. gwyn). Валлийское название Gwynfa в Монтгомеришире и ирландское Findmhagh в графстве Антрим являются точными переводами галльского ouindómagoς; (Uindo-magos) в Нарбоннской Галлии, упоминаемого Птолемеем (2, 10, 6). Название Рейна кельтское, кельтские же имена носят все его восточные притоки: Некар, Майн, Лан, Рур и Лип-пе. Изар, Инн и Таубер также объясняются как кельтские. Вероятным представляется заключение, что эти названия, в своем пространственном распределении совпадая с ранней курганной культурой, были даны носителями этой культуры; и эти имена кельтские. Этот вывод подтверждается тем обстоятельством, что во Франции и Испании обнаруживается то же самое совпадение кельтской топонимики и гидронимики с культурой полей погребальных урн; ибо данные археологии показывают распространение материальных культур на запад и на север от центральноевропейского ареала.

Имя “кельтский” объяснялось как родственное готскому hildja “сражаться”, сохраняющему и его возможное значение. У него нет предыстории, как у имени Graeci, когда-то относившегося к маленькому сообществу на Пелопоннесе, или у имени Rus — “русский”, которое первоначально было финским обозначением шведов и, вероятно, означало “гребец, моряк”. Однако Страбон говорит, что сначала оно служило названием племени нарбоннцев, и предполагает, что оно могло проникнуть в греческий через Марсель, расширив свое значение и относясь уже ко всему кельтскому народу. Цезарь говорит, что галлы называли себя Celtae. Это имя стало использоваться, как использует его Страбон, применительно к народу, отличному от лигурийцев и иберов на западе и от иллирийцев и скифов на востоке. Германцы на своей северной родине все еще оставались неизвестны первым греческим историкам.

Кельты во многом отличались от других племен — своей социальной организацией, религией, одеждой, методами ведения войны, ибо именно на это обращали внимание ранние историки; однако главным отличием как тогда, так и сейчас, было языковое. Тацит говорит об одном племени: “а что котины не германцы, доказывает их язык” (Германия 43). И действительно, это лингвистическое определение представляется единственно полезным, так как только отталкиваясь от него, можно осмысленно говорить о кельтской археологии или кельтской религии. Но если мы отказываемся от языкового критерия, эти понятия вовлекаются в порочный круг. Это не означает, что не возникало смешения или путаницы. Племена, говорившие на германских диалектах, могли приниматься за кельтов по своей одежде и обычаям или же из-за того, что находились под началом кельтских вождей. Наблюдатели того времени не были профессиональными лингвистами и могли, не располагая точными данными, и не знать, кельтский или нет диалект отдаленного племени.

[…]

До нас не дошло письменных материалов, рассказывающих о захвате Британских островов кельтскими племенами, но мы можем составить некоторое представление об этом периоде и о распределении этих племен по данным их языков, археологическим раскопкам и произведениям греческих и римских авторов. […] Мы видели, что в доисторические времена кельтоязычные народы пришли на Британские острова откуда-то из Центральной Европы; очевидно, это переселение происходило последовательными волнами, не совсем ясно когда, но, вероятно, не позднее начала II тысячелетия до н. э. Древнейшая ветвь этих языков, называемая современными учеными гойдельской (или Q-кельт-ской), до сих пор сохранилась в Хайленде и на Западных островах (Гебридах) в Шотландии, а также в Ирландии и на острове Мэн; поздняя ветвь, обычно именуемая бриттской, к которой изначально относился и галльский язык, сохранилась в Уэльсе и Бретани. На бриттском языке раньше говорили и на юго-востоке Британии, что отразилось в названиях гор, рек и лесов. Сохранение бриттского в Бретани объясняется ее колонизацией из Западной Британии в V и VI веках […].

Древнейшим названием, которое классические авторы обычно использовали для обозначения Британских островов, является “Претанские острова”. Именно под этим именем они появляются у Пифея в конце IV века до н. э. и у позднейших писателей — Полибия, Страбона, Авиена. Эта форма предполагает имя населения Pritani или Priteni. Это название, вероятно, кельтское и бриттское по своей форме — Р-кельтское — возможно, галльское; вероятно, от галлов оно попало к грекам.

Древнейшая форма продолжила свое существование в валлийских текстах, относясь ко всему острову, Prydain “Британия” из Pritani, а вариант, происходящий от формы Priteni, употребляется в ранних валлийских текстах в форме Prydyn по отношению к народу, жившему к северу от Вала Антонина, “пиктам”. В римский период население римской провинции называло себя Brittones, возможно, от искаженного Pritani.

Народы, принесшие на Британские острова кельтские языки, впервые появляются на страницах атласа Птолемея, греческого географа из Александрии, жившего приблизительно в середине II века н. э., чья география, включая его отчет об Ирландии, основывается на утерянной работе Марина Тирского, жившего в начале того же столетия, хотя считается, что информация, приводимая Птолемеем об Ирландии, в конечном итоге заимствована из произведения некоего путешественника, писавшего по меньшей мере за два века до него. Сведения Марина, похоже, датируются I веком н. э., возможно, более ранним периодом; впрочем, эти сведения разлагаются на несколько временных пластов, включая некоторые поздние детали. Здесь можно добавить, что в дополнение к Птолемею мы располагаем другим ценным источником по географии кельтской Британии, анонимным произведением VI века н. э., известным под названием Ravenna Cosmography5, где используются источники времен Птолемея и других периодов.

Из записей Птолемея мы узнаем, что, как и галлы до римского завоевания, кельтские народы Британских островов разделялись на ряд отдельных групп. Так, географ V века Марциан говорит, что Птолемей насчитывает в Британии 33 племени, из которых 17 относятся к Южной Британии. Следовательно, в Шотландии было около 16 племенных союзов. Для побережья Ирландии Птолемей приводит названия девяти “городов” (племен или государств) с их относительным расположением, но эти данные не обладают стопроцентной аутентичностью и предположительно заимствованы из записей древних мореплавателей. Он не называет ни одного города, располагающегося вдали от моря, и все идентифицированные названия относятся к восточному и южному побережьям, в то время как о западном береге информации чрезвычайно мало даже для того, чтобы мы могли составить какое-либо представление о его жителях. Северное и западное побережья Ирландии были одними из самых опасных в мире и, возможно, избегались моряками. Упоминаемые Птолемеем города, вероятно, были местами народных собраний или королевскими raths — оппидумами, как Тара и Эмайн Маха, а два из них обозначены как regia. Ни один из них не поддается безусловной идентификации, а другие названия предполагают близкую связь с соответствующими названиями британских племен. Бригантов в Южном Уэксфорде едва ли можно рассматривать отдельно от бригантов, занимавших большую часть Северной Британии в римский период. В целом названия, приводимые в отчете Птолемея, не оставляют сомнений в том, что Ирландия уже была кельтоязычной к тому моменту, когда они были записаны.

Из птолемеевских названий племен или “городов” лишь очень немногие могут быть идентифицированы с названиями, бытующими в ирландской литературной традиции, и, следовательно, его Ирландия древнее Ирландии “Героического Века”. Ирландские названия у Птолемея были напрямую или опосредованно заимствованы из произведений каких-то географов, живших значительно ранее его, и единственным правомочным кандидатом является Пифей.

Самым древним языком Британских островов, от которого до нас дошли какие-то записи, был пиктский. Все наши данные — лингвистические, археологические и исторические — предполагают, что в до- и протоисторические времена пикты были многочисленным народом, занимавшим северную часть Шотландии от залива Ферт-оф-Тей до Шетландских островов. Этот народ в VIII веке н. э. был известен Беде под названиями северных и южных пиктов. Их происхождение неизвестно, но, вероятно, пикты составляли население Шотландии от бронзового века до переселения в Британию кельтов, с которыми, похоже, они смешались. Приблизительно две дюжины каменных надписей, равномерно распределенных на территории между Северными островами и рекой Тей, сохранили пиктские имена собственные; почти все они написаны поздней формой раннего кельтского алфавита огам. Не считая собственных имен, эти надписи не поддаются интерпретации. По данным ономастики и немногих дошедших до нас пиктских слов, можно заключить, что кельтский элемент в пиктском языке был ближе бриттскому, чем гойдельскому, и ближе галльскому, чем валлийскому. На пиктском языке продолжали говорить еще в IX веке, до конца пиктской гегемонии.

Можно предположить, что некоторые из древних кельтских королевств совершили широкомасштабное переселение на Британские острова, разделившись на отдельные группы либо до, либо после обоснования в Британии. Возможно, это объясняет замечательно широкое распространение некоторых тождественных названий. Так, мы обнаруживаем корнавиев, населявших, по Птолемею, крайний север Шотландии, на территории современного Сазерленда или Кейтнесса, и корновиев на границе северного Уэльса с их оппидумами, носившими, по Птолемею, названия Deva (Честер) и Viroconium (Роксетер). Первый элемент Corn- появляется в ряде других географических названий в Западной Британии, включая, конечно, Корнуолл, а также Корнуай в Бретани. Другое древнее название, получившее широкое распространение,— имя думнониев, помещаемых Птолемеем на западе Шотландии на юг от линии Форт-Клайд до Стерлингшира. По его данным, думнонии также населяли всю Юго-Западную Англию, включая современный Корнуолл, Девон и значительную часть Сомерсета. В Ирландии, в древнем королевстве Коннахт и части Лейнстера был известен народ под названием Fir (люди) Domnann, хотя он и не упоминается у Птолемея. Не является ли это племя реликтом ранних атлантических поселений? Птолемей сообщает о трех других племенах в Южной Шотландии, новантах в Голуэе, на юг от думнониев; отадинах в Хеддингтоне и Бервикшире и на юг до Нортумберленда; и сельговах между этими двумя племенами в холмистой местности водораздела Клайда и Твида. Мы располагаем крайне скудными сведениями о распределении кельтских племен на территории Уэльса до норманнского завоевания. Крупнейшие племена, зафиксированные Птолемеем, располагаются вдоль морского побережья и, без сомнения, занимают гористую местность в глубине полуострова. От Птолемея и других писателей мы узнаем, что юго-восток Уэльса до Бристольского залива был занят силурами. Их племенным центром был, очевидно, Кервент (Venta Silurium). Птолемей говорит о деметах (позднее Dyfed) как о народе, живущем на крайнем западе. О Северо-Западном Уэльсе наши знания не очень точны. Весь Северный Уэльс мог находиться на территории ордовиков, а информация Птолемея об Англси и Сноудонии, вероятно, неверна. На северо-востоке обитали деканглы из Флинтшира, о которых Тацит говорит, что они жили недалеко от “моря, глядящего в сторону Ирландии”.

Кроме карты Птолемея нашим главным источником по расселению кельтских племен в Британии железного века являются данные археологии по кельтской фортификации и история римского завоевания, которую мы можем проследить по записям того времени, оставленным самими римлянами. Укрепления классифицируются на две главные категории: первая — большие укрепления на вершинах холмов кельтского железного века А; вторая — крепости белгского типа поздней модели, но иногда современные укреплениям первого типа. Из них первые и, в общем, самые ранние в Британии — большие оппидумы или племенные “города на вершинах холмов”, постоянно подвергавшиеся яростным нападениям, но, как считается, первоначально предназначенные не для постоянного проживания в них, а использовавшиеся в качестве центра защиты и места сбора распыленного окружающего населения во время национальной опасности. В Бретани примером этого типа является большой Камп д'Артю в Юэльгоате в Финистере, основанный, по всей видимости, как сборный пункт осис-мов во время кампании Цезаря 56 г. до н. э. Такие большие оппидумы были, несомненно, племенными центрами “городов-государств”. Среди наиболее впечатляющих укреплений, полностью исследованных в Британии,— укрепления Стенвика, несомненно, оппидума бригантов на севере; и большой город на холме Мейден Касл рядом с Дорчестером.

Коротко говоря, кельтские племена Южной Британии на протяжении римского периода были организованы в ряд давно созданных королевств, сила которых увеличивалась главным образом по мере продвижения в глубь страны. Из них мы уже упоминали корновиев. Они занимали, грубо говоря, Чешир и Шропшир. Их племенной столицей в римские времена был Viroconium Cornoviorum, теперь известный под названием Роксетер. Этот центр ранее, бесспорно, находился в большом форте на холме Рекин, на три с половиной мили восточнее, выполнявшем функции большой наблюдательной башни, часового уэльсских болот. Птолемей также включал в их границы Deva, легендарный замок Честер; королевство корновиев граничило с коританами Линкольншира и Лестершира на востоке, крупным племенем бригантов на северо-востоке, деканглами на северо-западе, ордовиками на западе и добуннами на юге.

Бриганты занимали долины Пеннинских гор и Северо-Запад Англии до территории паризиев на востоке современного Йоркшира и до территории корновиев на юге и, возможно, доходили до Юго-Западной Шотландии. Они были воинственным народом и, по словам Тацита, самым крупным племенем в Британии. Их племенная столица, Стенвик, в Северном Райдинге (Йоркшир)* , располагалась на площади в 850 акров, окруженной валом и рвом, и его обширность и диффузный характер сравнимы с ранними кельтскими племенными центрами Галлии, а также с Круаханом, столицей королевы Медб в древнем Коннахте.

На восток от бригантов обитали паризии, со своим оппидумом Petuaria. Они пришли с равнин Северо-Восточной Галлии, возможно, в III-II веках до н. э., и богатые могильники их военной аристократии, напоминающие марнскую культуру, были идентифицированы по захоронениям с колесницами и богатой конской сбруей. К столь поздним группам переселенцев из Галлии относятся также важные королевства иценов в Норфолке и Саффолке, триновантов в Эссексе и другие. Эти племена управлялись королями и аристократическими военными родами. В центре их территорий находились сильные и большие цитадели, построенные на холмах, а сами эти племена не были лишены определенных претензий на благосостояние и культурность. Думнонии были богаты минералами; белги-добунны, ицены и некоторые другие чеканили свою монету. Из королевств Южной Британии самым культурно развитым было племя кантиев, благодаря своему благоприятному расположению ведшее оживленную торговлю с континентом. Птолемей говорит об их оппидумах Londinium (Лондон) и Rutupiae (Рочестер).

В Юго-Восточной и Южной Англии кельтские племена последних веков перед христианской эрой представляют модель, несколько отличающуюся от более древних и больших королевств раннего периода. Как в Галлии времен походов Цезаря, в кельтских королевствах, образовавшихся в Британии, отсутствовала политическая солидарность. Эта разъединенность, несомненно, внесла свой вклад в проникновение и захват главенствующего положения белгами, а позднее стала главной причиной римского завоевания. Когда Цезарь совершал два своих похода в Британию в 55 и 54 гг. до н. э., он обнаружил, что некоторые племена белгов уже мигрировали через Ла-Манш из Северной Галлии и Постепенно установили свою верховную власть над большей частью кельтских прибрежных племен Южной Британии. Эти перемещения из Галлии в Британию носили характер скорее экспансии, чем нашествия, и сам Цезарь отмечал, что на памяти галлов его времени некоторые из иммигрантов вступали в Британию целыми племенными единицами, и как грабители, и как колонисты, и что их британские поселения продолжали носить названия, идентичные тем, которые они оставили в Галлии.

Среди самых могущественных из новых королевств, которые основали поздние переселенцы по эту сторону Ла-Манша, было королевство катувеллаунов в Хертфордшире, с племенным центром вблизи современного Сент-Олбэнса (римское Verulamium). Катувеллауны распространили свою власть на окружающие народы и полностью растворили триновантов в Эссексе, между Восточно-Английскими высотами и морем, с их оппидумом у Колчестера. В дополнение к могущественному племени катувеллаунов и подчинявшемуся им королевству триноватов на юге и западе быстро укрепились королевства белгов.

По изданию: Диллон М., Чедвик Н. К. Кельтские королевства. – СПб: Евразия, 2002. – 512 с.
© Иванов С. В., перевод
© Издательская группа “Евразия”, 2002

Наши партнеры:


Скандинавские древности

 

Упельсинкина страница


 
©Центр Религиоведческих Исследований "Этна"
Последнее обновление - 22 февраля 2010 г.