Эльфрик.
Труженики,
духовенство и воины
Ведомо
издревле – в мире нашем
Трое родов людей обретаются –
Труженики, духовенство и воины.
Труженик хлеб для нас добывает,
Молится
Богу за нас духовник,
Воин же в битве нас защищает,
В город не пустит ратников вражьих.
Должен за плугом ходить землепашец,
Воин отважный – сражаться с врагами,
Слуги же Божьи – о мире молиться,
В битве незримой меч обнаживши.
Враг
их – диавол, гибель несущий.
Превыше поэтому подвиг монахов
Схватки
плотской с врагами смертными
На поле открытом, где видят люди.
Не
должно тогда мирским владыкам
К
битвам земным принуждать духовенство:
Должно им с недругом биться злобесным,
Ибо к тому они Богом призваны.
Стыд священнику бросить служение
И
в битву идти, для которой негоден. Юлиан,
злобный цезарь, Отступником званный,
Желал
монахов, священников с ними
К
войне принудить – иль в темницу бросить.
Так
заключен был с верными братьями
В
тюрьму Аполлоний, аббат египетский.
Но
ночью ангел светом небесным
Пришел
к монахам, открыл темницу.
Сотник
же, что заключил их под стражу,
Утром
пришел с толпой многолюдной,
Поведал,
что рухнул дом его крепкий,
А
родичи милые все погибли.
Мужей
святых отпустили на волю,
И
те пошли, прославивши Бога.
Должно
быть служителю мирным и кротким,
Как
подал всем нам пример Спаситель,
Петру
повелев вложить меч в ножны,
И
недругу ухо, Петром отсеченное,
Враз
исцелил, явив Свою благость.
Теперь
же всякий монах смиренный
Руку
на плуг положивши твердо,
Станет
ли взор назад обращать он,
В
забвеньи оставив служенье святое?
Не
должно героям брани духовной
Сражаться
рядом с мирским сословьем.
Господни
рабы со времен Голгофы
Ни
разу оружия в руки не брали.
Но
брань иную вели до крови –
Под
пытками жизнь отдавали безвинно,
Терновый
венец бесстрашно стяжая.
Но
жизнь и у мошки отнять не смели.
© В.
Заславский, перевод, комментарии.
Оригинальный текст: |
